wali.su
 
Набережные Челны
Тел.: +7 8552 397129

Мифы и реалии использования нелегального ПО

 
 

При том что в настоящее время сложилась совершенно определенная практика привлечения к ответственности за нарушение авторских прав, как в среде юристов (как правило, специализирующихся на гражданском праве и не представляющих себе, что такое уголовный процесс), так и в среде системных администраторов и ИТ-директоров ходит несколько мифов, которые необходимо развенчать, поскольку священная вера в них подвела под уголовную ответственность уже не одного человека.

Миф №1.

«Доказать умышленное нарушение авторских прав невозможно, поэтому после проведения проверки необходимо просто сказать: «я не знал о том, что по контрафактное», и никто ничего не докажет»

На самом деле, если вы системный администратор или ИТ-директор, в обвинительном заключении напишут, что у вас есть высшее техническое образование, опыт работы с ПО, что по должностным обязанностям вы отвечаете за ПО, поэтому вы не могли не знать о том, что софт нелицензионный. Если вы руководитель организации и не имеете в штате системного администратора, напишут, что у вас есть высшее образование и вы уже целый год (три или пять) руководите компанией, поэтому вы не могли не знать, что софт контрафактный.

А про ваши показания напишут, что «суд критически относится к показаниям подсудимого и рассматривает их как попытку избежать уголовной ответственное и ввести суд в заблуждение». Вместе с тем, некоторые правоохранители все же делают акцент на доказательстве умысла,  для чего направляют «письма счастья» ппримерно следующего содержания: «По нашим сведениям, в вашей организации используется нелицензионное программное обеспечение, просим прекратить его использование, а то мы придём с проверкой».

Имеются и иные варианты заблуждений на тему «никто не докажет»: некоторые полагают, что если компьютерно-техническая экспертиза покажет, что время установки операционной системы (например, 22 февраля 1980 года) не совпадет с реальным, это будет являтся доказательством невиновности подозреваемого. На практике данное утверждение легко опровергается, например свидетельскими показаниями работников компанни о том, когда, кто, какую программу ставил. И не думайте, пожалуйста, что все будут молчать и ничего не скажут.Кстати, положение системного администратора при проведении проверки хуже, чем у руководителя организации. Последнему гораздо легче «перевести стрелки» на сисадмина (ИТ-директора в больших компаниях), чем сисадмину или ИТ-директору на руководителя предприятия. Кроме того, системному администратору гораздо труднее доказать, что он не отличал лицензионный софт от контрафакта.

Написание докладных записок в адрес руководителя с уведомлением о том, что на предприятии используется контрафакт (нелегальное программное обеспечение), не является панацеей, хотя, по мнению экспертов, целесообразно. Противники этой позиции говорят о том, что тем самым системный администратор признает свою вину и дает в руки следствия дополнительные доказательства, причем в совершении тяжкого преступления (ч. 3 ст. 146 УК РФ), поскольку можно говорить о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору или лицом с использованием своего служебного положения. Однако, если уголовное дело в отношении системного администратора возбудили, то его все равно признают виновным, а наличие докладной записки позволит разделить ответственность.

Изменение правоприменительной практики привлечения системного администратора к уголовной ответственности за использование в организации нелицензионного ПО в принципе возможно, но сделать это под силу будет только какому-то объединению: общественной организации или профсоюзу. Кстати, в последнее время в интернет-среде активно обсуждается создание профсоюза системных администраторов.

Миф № 2

«Инициатором проверки соблюдения авторских прав выступает правообладатель»

Преступление, предусмотренное ст. 146 УК РФ, относится к преступлениям публичного обвинения, то есть для уголовного преследования правоохранительным органам не требуется заявление потерпевшего. Поводом к возбуждению уголовного дела в таком случае будет рапорт об обнаружении признаков преступления, хотя по результатам проверок правообладатели могут привлекаться к процессу расследования дел, поскольку они будут являться потерпевшими. Кроме того, не нужно принижать уровень способностей сотрудников правоохранительных органов: всем и каждому даже без помощи правообладателей понятно, что, например, в рекламном агентстве или архитектурном бюро стоит такое количество графических редакторов на каждом компьютере, что эти организации, пожалуй, будут первыми в списках на проверку.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о легализации имеющихся контрафактных программ для ЭВМ. Например, Microsoft разработаны 2 программы легализации Get Genuine КИТ (GGK) и Get Genuine Solution (GGS), отличия которых в целевой аудитории: GGK рассчитаны на обычных пользователей, a GGS — на корпоративных. Указанные способы легализации позволяют превратить контрафактный экземпляр программы в лицензионный. Впрочем, по рынку активно ходят слухи о том, что как только организация воспользуется данной схемой лицензирования, до поступления всех необходимых документов в компанию обязательно придет проверка, поскольку правообладатель сообщит о факте использования контрафакта в органы.

Вполне возможно, что в некоторых организациях по совпадению произошло именно так, как описано выше. Но имеются серьезные основания считать это именно совпадением, поскольку для правообладателя отсутствует экономическая логика в таких действиях: прибыли от продажи программного обеспечения во много раз превышают доходы от взыскания компенсаций за нарушение авторских прав, притом что последние возможно получить, только приложив большие усилия в ходе исполнения судебного решения. Кроме того, учитывая уровень пиратства в России, слишком дорого разрабатывать систему лицензирования только для того, чтобы найти организации, использующие контрафакт.Также необходимо отметить случаи, когда инициатором проверки выступает не правообладатель и не правоохранительные органы, а конкуренты организации.

Миф № 3

«Можно избежать ответственности за нарушение авторских прав, если сказать, что используемый компьютер и программное обеспечение принадлежат другому лицу»

Многие придумали оригинальную (и, как им кажется непогрешимую) схему, в соответствии с которой в случае проверки необходимо сказать, что компьютеры, на которых стоиуконтрафакт, — личные ПК работников или принадлежат другой организации. Указанная схема на практике не работает: во-первых, никто из правоохранителей не станет этого слушать, во-вторых, как только сотрудник компании узнает о том, что на его ПК стоит контрафакт более чем на 50 тыс. руб. и в отношении него лично могут возбудить уголовное дело, он сам расскажет о том, кому в действительности принадлежит компьютер. В-третьих, если ПК — собственность другой организации (как правило, предлагается использовать фирму-однодневку) и переден в аренду вместе с ПО, арендатор все равно нарушил закон, так как для сдачи в аренду ПО требуется отдельное разрешение правообладателя.

Hе пройдет и ссылка проверяемого на то, что он является добросовестным приобретателем: контрафактное программное обеспечение исключено из гражданского оборота, в связи с чем нельзя стать его добросовестным приобретателем. Это все равно, что заявить следующее: «Я не знал о том, что покупаю героин, и думал, что покупаю стиральный порошок, поэтому я — добросовестный приобретатель героина»

Миф № 4

«Если успеть выключить электричество и отключить компьютер, нельзя будет доказать использование программы, а следовательно, и нарушение авторских прав»

Это заблуждение основано на непонимании термина «использование». Некоторые системные администраторы и ИТ-директора полагают, что использовать программы для ЭВМ означает работать с ними, и делают вывод о том, что если компьютер выключен, то использования программы не происходит — она «просто записана» на винчестер. Ст. 1270 ГК РФ устанавливает, что использованием считается воспроизведение ПО, а, в свою очередь, воспроизведением считается, в том числе, и запись программы в память ЭВМ. Таким образом, факт нахождения ПО на жестком диске уже является доказательством его использования.

Миф № 5

«Изъятие компьютеров может быть осуществлено только на основании решения суда»

Как правило, такое утверждение можно слышать даже от юристов (правда, специализирующихся на гражданском праве). Однако оно не имеет с российской действительностью ничего общего. Изъятие компьютеров может производиться на основании Закона «О милиции», Кодекса РФ об административных правонарушениях или Уголовно-процессуального кодекса РФ. Процедуры изъятия по всем этим нормативно-правовым актам различаются, но их объединяет то, что нив одном из них не говорится о необходимости решения суда для изъятия ПК.

Источник: Журнал "CNews", март №3(33), 2008,
стр.24-31, автор Игорь Слабых

 
 

 
 
Copyright © 2008 Валеев Ильшат
Тел.:(8552) 397129
Создание и продвижение сайтов